Итак. Подойди ближе, ближе. Вот сюда. Отлично. Идеально.
И добавь счастья. Могут глаза Родриго выйти поиграть?
Нет. Нет. Они останутся внутри.
Ладно, оставляем очки. Хендрик, дай маэстро палочку.
Спасибо.
Счастье. Выглядит отлично.
Ты ее раньше держал?
И дирижируйте, маэстро! Со страстью.
У вас десять снимков.
Счастье.
Этот был восьмой. Осталось два.
- Что? - У вас осталось два.
Мы только начали.
Вы хотите страсти?
Такой хорошей фотографии я еще не делал.
МОЦАРТ В ДЖУНГЛЯХ
"РЕПЕТИЦИЯ"
- ...они проникают в вашу сущность. - Мне так жаль.
Обычно маэстро не ведет себя так.
Он просто...
У него в последнее время стресс.
Да. Нет, нет. Это все счастье.
Он был прекрасен.
Итак. Посмотри на часы.
Поверни время вспять глазами. Да. Вот так.
Ты же не будешь себя сдерживать? Ешь...
Позвольте спросить: как ваша личная жизнь влияет на работу?
Маэстро.
- Спасибо. - Пожалуйста.
- Никогда об этом не думал. - Да.
Я не думаю о таких вещах.
Мне они кажутся глупыми.
Маэстро. С ними не ужиться,
но без них нельзя управлять большим оркестром.
Спасибо, что поучаствовала в фотосессии.
Слушай, Синтия, ты ценный кадр в этом оркестре по всем статьям,
а сейчас еще больше - ведь ты председатель комитета музыкантов.
Оркестр тобой восхищается. И я тоже.
Это приятно слышать, ведь мне нужна твоя поддержка на предстоящих переговорах.
У нас с тобой много общего.
Мы обе поклонники гениев, особенно дирижеров.
Ты была поклонницей Карзова в Москве,
затем нашего дорогого Томаса с 95-го по 98-й,
когда он был в Лондонской филармонии, и Карлы ди Гоцци.
Так сложно найти хороших дирижеров-женщин,
а потом опять Томас.
А они были моими поклонниками, но это не твое дело.
Он большая головная боль.
Видишь морщину у меня на лбу?
Она новая.
Эти сильные, гениальные звезды, эти...
Они просто большие дети, разве нет?
Закатывают истерики. "Я хочу это. Дай мне то. Ты меня не понимаешь".
Даже если и понимаешь,
они в это не верят.
Но не с тобой, Синтия.
Они знают, что ты их понимаешь, поэтому доверяют тебе.
Эта тенденция может нам помочь.
- Что ты хочешь? - Оставайся близка с ним.
А за это моя дверь всегда будет открыта.
Сейчас трудные времена. Мы хотим, чтобы это учреждение выжило.
Разница в том, что ты смотришь на оркестр, а видишь учреждение.
Я вижу музыкантов, и, думаю, публика видит...
Публика видит одно: нашего нового маэстро...
Я не буду о ней говорить, хорошо? Нет! Ясно?
Что-то не так, маэстро?
Нет. Мы пришли к соглашению.
Отлично.
Интервью окончено. Чао. Хейли, сейчас же повесь объявление.
Органный зал Правая сцена
Я не спала с Родриго.
- Что-нибудь еще? - Я очень хочу брать у вас уроки.
Ты мазохистка?
Может. Не знаю. Чтобы играть на гобое, нужно быть мазохистом.
Вы лучшая в Нью-Йорке,
и вы мой единственный шанс стать лучше.
Ты права, я лучшая,
и это передается моим ученикам, но я не волшебница.
Я хорошо играю. Лучше, чем я показывала, и я готова идти на жертвы.
Что ты хочешь, медаль? Я дорого стою.
- Мне не важно. - $400 в час.
Черт возьми. Что? Нет...
Мне подходит. Когда начинаем?
Я не сказала "да". Если что, дам тебе знать.
- Что происходит? - Дорога отнимает у меня 45 минут.
- Что? - Это чушь.
Репетиция отменяется?
Перенесена на завтра Место: уточняется
"Возьмите свитер"?
Тебе нужно втянуть уголки рта,
чтобы полностью удерживать язычок.
Хорошо. Очень хорошо.
Алекс Можешь говорить?
Затем тебе нужно вдохнуть и создать устойчивый поток воздуха.
Хейли, Тиму, наконец, сделают обрезание.
Оно завтра. Принесем ему суп?
Лиззи, это Данкан. Ему 12. Надень штаны.
Черт возьми.
Извините.
Ничего страшного.
- Ты ответишь? - Нет.
- Это Алекс? - Да.
Закройся.
Что, ты его игнорируешь? Тебе 12 лет?
- Без обид. - Ничего.
Хочешь, я с этим помогу?
Нет. Точно нет. Я разберусь позже, когда у меня не будет урока.
Тебя беспокоят две вещи.
Во-первых, она терлась промежностью о его лицо,
а во-вторых, несколько месяцев назад они спали
и, вероятно, делают это до сих пор.
Извините.
Данкан, думаю, на сегодня все.
Дело такое.
Мама больше не будет платить за занятия с тобой,
и я надеялся, что смогу заплатить этим.
Марка?
Это коричневая тисненая "SG 57" из Великобритании
примерно 1847 года.
Полагаю, это стоит пяти уроков.
Данкан, я даже не знаю, что с этим делать.
Продай на "eBay". Эта фигня стоит $500.
Боже. Договорились.
Суть конфликта определяет не тот, кто его начинает,
а тот, кто отвечает.
Мои родители - брачные консультанты, хотя сами в разводе.
Спасибо, Данкан.
- Увидимся. - Пока.
Не говори с незнакомцами в метро.
Не буду.
У нее была квартира.
В 79-м году здесь жили два "Ангела ада". Хорошие времена.
Привет, Бетти.
- Привет. - Привет. Дай я...
Скажешь в следующий раз, когда он сделает что-то такое?
Буду стараться, да.
Добро пожаловать на репетицию.
Хейли.
Помоги мне выйти. Эй, все.
Она открывается?
Нет, поэтому я...
Ладно. Хорошо.
Это настолько неправильно со стольких точек зрения, что у меня нет слов.
Добро пожаловать на репетицию, Боб.
Синтия, браслет на тебе?
Конечно.
И ты быстрая, как газель.
У меня металлические наколенники, вот они и пригодились.
Здорово, Ди Ди.
Привет, Михаил. Уоррен Бойд.
Да.
Вы здесь. Вы вошли. Светлана, осторожно.
- Привет, Рене. - Привет. Эй, спасибо.
Осторожно, я могу помочь, да.
Я могу помочь.
Теперь твоя очередь. Проходи.
Осторожно, осторожно. Хейли.
- Извините. - Нет, все в порядке.
- Да. Ты свободна. - Спасибо.
- Хорошо. - Итак.
Привет, Эдвард. Не знала, что ты боксер.
Нет, но я тренируюсь.
У меня есть спарринг-партнер.
Вырубил его случайно. Но он уже в порядке.
Стойкий малый.
М-р Байбен, как обычно.
Без сельдерея, с морковью и сырой брюссельской капустой.
Я могу принести что-то еще?
Пожалуйста, мою воду. Спасибо, Джоэл.
- И мы не будем есть хлеб. - Да, сэр.
Итак, Глория, в два часа у меня родительское собрание,
так что придется перейти сразу к делу.
Выглядишь мило, как обычно.
- Спасибо. - Пожалуйста.
Вчера у меня брали интервью для делового раздела "Таймс",
и репортер упомянул, что наш мальчик, Родриго,
сорвал обложку воскресного журнала.
Это перенесли.
Неважно. Было неудобно. Мне.
Может, Томас Пембридж и лишился "запаха нового автомобиля",
но на нем легко было ездить.
Эдвард, привозя сюда Родриго, мы знали, что идем на риск,
потому что сам риск мы и могли продать.
Сексуальный и опасный. Ты хотел звезду, а у нас комета.
Не беспокойся. Я его контролирую.
Так и не скажешь.
Нет ничего сексуального в том, что поезд сходит с рельсов.
Мне не хочется все испортить.
Пусть лучше докажет, что может управлять этим чертовым оркестром.
Если нет, то я буду выступать за то, чтобы в следующем сезоне вернулся Томас.
Томас?
Я тебе был нужен за мою деловую прозорливость.
Пора управлять этим как бизнесом.
Классическая музыка теряет в деньгах последние 500 лет.
Это не бизнес.
Всё - бизнес.
Послушай, надо найти время
и назначить встречу, чтобы сесть и поговорить лицом к лицу
о Родриго и оркестре.
Я запуталась. А разве сейчас не такая встреча?
Нет. Пора на родительское собрание.
Глория Виндзор, это мисс Алиша.
Глория управляет оркестром,
а мисс Алиша - руководительница моего сына.
Почему бы не организовать школьную экскурсию в филармонию?
Пусть посмотрят репетицию.
Да. Было бы здорово.
Музыканты любят экскурсии.
Чертова влажность.
Она стянет дерево.
Боже, Боб. Это инструмент, и на нем нужно играть.
Пожалуй, сниму туфли.
Что мы тут делаем?
Знаю, у многих из вас есть вопросы.
У нас есть земля,
вокруг - город, люди в домах.
Порой, когда мы теряем дорогу, нужно вернуться к основам.
Вот где кроется красота.
Мы сыграем отрывок, который вы хорошо знаете.
Это увертюра "1812 год" Чайковского. Ясно?
Что здесь происходит? Кто вы?
Мы - Нью-Йоркский симфонический оркестр!
Готовы?
Вы в порядке?
Нет! Нет! Я не в порядке.
Мне нужна помощь. Надо мной нельзя так издеваться!
Нет. Миссис Виндзор,
я вижу и слышу, что здесь много происходит.
Музыканты улыбаются, когда приходят на работу.
Не все, но больше, чем раньше.
Он заботится о нас.
Он заботится о себе.
Но это приятно слышать.
Спасибо.
Извините. Мне так неловко. Я, кажется, забыла ваше имя.
Павьел. Но все зовут меня Павел.
Павел.
Красивое имя.
- Спасибо, Павел. - Нет.
Спасибо вам, что привезли нам маэстро.
Да!
Это было здорово.
- Есть вопросы? - Да.
- Где туалет? - У меня вопрос.
Да.
Что это такое?
Это гобой. Хотите подержать?
Конечно.
Не стесняйтесь. Держите смело.
Эй.
Вы понимаете, что это была не репетиция.
Это было выступление.
Да, и очень хорошее.
Нет. Несанкционированное.
Да. Несанкционированное. Оно было безумное.
Беспредельное, необъяснимое.
Приземленное, оно случилось, и я еще не видел у вас таких розовых щек.
- Посмотрите. Посмотрите. - Спасибо, маэстро.
Я никогда не видел вас таким...
- Пицца. Пицца. - Для нас?
Да, для всех, Боб. Да.
Кто хочет кусок - подходите.
- Хейли. Хейли. - Вот.
- Оставишь одну нам? - Да.
Да. Для любителей мяса?
- "Любителей мяса"? - Да.
Хорошо, прекрасно.
Хорошая работа.
Спасибо. Спасибо. И вам. И вам.
Подходите. Берите. Ну же. Возьмите пиццы.
Берите пиццу, все.
Всем нравится, да?
Да. Замечательно.
Я говорю о пицце.
Хейли.
- Да? - Давай.
О боже. Хорошо.
Знаете, ребята, в 70-х я жил тут за углом.
Вот это были годы. Чего только не было.
Это что, копы?
- Полиция? - Да.
Полиция? Ладно. Стой, жди здесь. Жди.
Кто здесь главный?
- Я главный. - Отлично. И кто вы?
Меня зовут Родриго.
Он маэстро.
Хорошо. М-р Маэстро, значит?
Да, можете звать меня так.
Можете объяснить, что вы здесь делаете?
Я вывел оркестр на экскурсию.
Поскольку мы играем в симфоническом зале,
там стало немного тесно.
Не знаю, были ли вы там недавно.
Ребята, отойдите, пожалуйста, ладно?
Отойдите назад.
То есть вы решили вывезти всех
на маленькую экскурсию и устроить вечеринку для своих?
Нет, она для всех. Для всех рас. Все приглашены.
Это Нью-Йоркский симфонический оркестр, свинья.
Эй, потише.
Это ваши ножницы?
Нет. Я одолжил их у Павела.
Слушайте. Мне все равно, кто вы.
Вы нарушили границу. Это частные владения.
Вы не могли бы перестать писать на стену, сэр?
Кто это сделал? Сложите стулья. Пошли.
На выход. Пошли. На выход. Пошли.
Стойте, ребята.
Все будет под контролем.
- Барабанщик, пакуй вещи. - Серьезно?
- Что это было, сэр? - Я спросил: "Серьезно"?
Вам больше заняться нечем?
Вы должны собраться. Пойдемте. Давайте, собирайтесь.
Пока там происходят ужасные вещи,
вам нужно испортить нечто чертовски прекрасное?
Все в порядке?
- Ди Ди. - Что?
Успокойся.
У меня есть право говорить от сердца, если вы и его не отбираете.
Строго говоря, у него есть право на свободу слова. Так ведь?
Эй, не трогайте!
Офицер, музыканты очень аккуратны со своими инструментами.
Будьте осторожны.
- Вам нужно выйти. - Боже. Он заломал мне руку.
Назад. Назад.
Давайте. Эй. Пошли.
Назад. Назад.
Фашисты!
- Ладно, пошли. Сюда. - Хорошо.
Один готов к проверке.
Простите.
Вы подумали об уроках игры на гобое?
Ты меня разыгрываешь.
Нет. Я же мазохистка, помните?
У меня будет окно. В 6.30 утра. По субботам.
Отлично.
Мой ученик только что получил место в опере Канзас-сити.
Я приеду. Не могу дождаться.
Офицер, я заверяю, что приведу его на слушания.
Большое спасибо. Спасибо, что пришли.
И, поскольку мы нарушили закон,
думаю, будет справедливо дать вам билеты на следующий сезон.
Свяжитесь с моим офисом, о вас и ваших гостях позаботятся.
Спасибо.
Хорошие манеры.
- Вот здесь, справа, пожалуйста. - Понятно.
Спасибо.
Вот. Спасибо.
- Привет. - Привет.
Ты читала мои сообщения?
Не хочу выглядеть как преследователь.
Нет, я была очень занята, поэтому не перезвонила.
- Ладно. - Извини.
Нет. Все в порядке.
Ты очень хороший хореограф.
Спасибо.
А ты отвечаешь только на звонки плохих хореографов?
Если в этом дело,
- я постараюсь работать хуже. - Нет.
Я видела, как ты спишь в кровати Эддисон.
Это глупо. Я просто...
Я смотрел телевизор в ее комнате, ждал тебя и уснул.
Ладно.
Не знаю. Извини.
Что ж...
Не знаю, лучшее ли это время, но...
Я хотел пригласить тебя с собой во Флориду.
- Правда? - Да.
Почему?
Модельный агент, или кто он там,
пришел на мое выступление, ему нужен танцор для рекламы спрея для тела,
и он пригласил меня на съемку.
- О боже. - Да.
Флорида.
Я не могу.
У меня занятия по гобою в 6.30 утра.
Я знаю, это звучит странно,
но женщина, которая дает уроки, просто потрясающая,
она терпеть меня не может
и впервые согласилась учить меня.
Да, ладно.
6.30 утра.
Да. Знаю. Это ужасно.
- Отстой. - Но это важно.
И мне надо сосредоточиться на этом.
Я бы хотел встретиться, когда вернусь.
Хорошо.
Ладно. Хороших уроков тебе.
Глория, я могу кое-что сказать?
Видели бы вы их там.
Это было невероятно. Прекрасно. Боже.
Я говорила с юристом Леонарда Бернстайна.
Не того.
Он напомнил,
что ваше маленькое приключение может повлиять на вашу визу О-1.
Вас могут депортировать, Родриго.
И, думаю, вы хотите увидеть вот это - от Боба из профсоюза.
Счет на $80 000 за переработку, включая гонорар за выступление.
Все хорошо. Я оплачу. С личного счета.
Ладно, но дело не в этом.
Это маленькая цена за нечто столь стоящее.
Правда, я впервые почувствовал,
что мы к чему-то пришли, понимаете?
Что мы достигли какой-то точки.
Родриго, я искренне верю в ваше искусство,
ваше отношение к этому, волнение, в вас.
И я буду с вами откровенна.
Наш оркестр испытывает серьезные финансовые трудности,
глубокие финансовые трудности.
Вы понимаете, что я говорю?
Да.