ГИГАНТ
Тебе больно? Я бы не хотела причинить тебе боль.
Первые годы я ненавидел, когда меня трогали.
Разговаривать было пыткой из-за ожогов.
Но я приспособился, научился общаться с помощью предметов под рукой.
Меня это отвлекало, заглушало желание расцарапать раны.
Это принадлежало моему отцу.
Вторая война. Десантник.
Его забросили в тыл в ночное время. Не мог говорить. Снайперы.
Так что...
Сверчки.
Я хочу, чтобы ты знал, что работа над этим делом для меня подарок.
Да.
Я знаю, что сначала портачила, но я выросла.
Я видел видео. Оно превзошло все мои ожидания.
Спасибо.
Это все, чего я хотела.
Предстать перед присяжными, впечатлить их своим красноречием.
И...
- все благодаря тебе. - Нет.
Ты должен знать, что чем бы ни закончилось это дело,
это не повлияет на наши чувства, правда ведь?
Нет.
Зачем ты продолжаешь совать мне эти долбаные фото?
Надеюсь, что ты их получше рассмотришь. Нужно быть очень сильным для этого.
Понятия не имею, что это значит. Когда мне вернут машину?
Это все? Это все, что ты можешь мне сказать?
Он сказал, что ничего не знает.
Нет, это ты это сказала.
Он не ответил ни на один долбаный вопрос.
Послушай, я знаю, что ситуация не очень,
но нет закона, запрещающего хранить труп доносчика в багажнике.
Так ты его убил, потому что он был доносчиком?
Да.
Я убил его, засунул в свой багажник и затем позвонил вам, ребята.
- Черт, думай головой, чувак. - Слушайте, у него есть алиби.
Ясно? Все, что нужно, - это позвонить Дональду Куперману.
Мы звонили.
Его ассистент сказал, что он не хочет быть замешан.
Великолепно. Но у вас ведь есть фото,
на которых видно, что он дает Куперману повестку в суд в то же самое время,
когда на этого парня напали и засунули в багажник моего клиента.
Этого парня?
- Все верно. - В котором часу это было?
- Ты сказала, что знаешь точное время. - Да?
Мы не знаем точно, когда убили этого парня.
Класс, я тоже не знаю.
Но мне бы хотелось знать,
зачем эти люди засовывают трупы в багажник твоего клиента?
Чтобы подставить его. Это очевидно.
У нас есть мотив.
Карл Штольц расследовал причастность двух твоих клиентов к наркосделке.
Хотите, дам еще мотив? Он убил моего клиента и попытался убить меня.
Вот вам куча разных гребаных мотивов.
Я понимаю, но у тебя нет отпечатков, крови, оружия и подобной херни.
Если не собираешься меня арестовать, то мы закончили.
Нет, я думала у меня больше времени этим утром...
- Прости. - Извини.
Поэтому я решила приготовить завтрак как взрослый человек,
и все просили сделать бутерброд с авокадо.
И я стою там с авокадо в руке, пытаюсь вытащить косточку,
тут звонишь ты, и гребаный нож соскальзывает.
И я порезалась в этом долбаном месте. Заметь, на среднем пальце.
Который мне, черт возьми, нужен.
Наложили, по-моему, четыре шва.
И, кажется, сказали, что заживет через 7-10 дней.
- Сочувствую. - Ага.
Никогда с этим не сталкивалась.
Говори со мной.
Ну, я говорю тебе, это... Что происходит?
Дай мне одну секунду.
О боже. Что происходит?
Просто говори со мной.
Хорошо, я не... Я не знаю.
Ты... Как насчет истории?
Я, черт возьми, не знаю все до конца.
Как-то жила на свете устрица, чью историю я рассказываю,
которая обнаружила, что немного песка попало в раковину.
Это была всего лишь одна песчинка, которая причинила ей много боли,
- ведь у устриц есть чувства... - Скажи, что все будет хорошо.
Все будет хорошо. Ты в порядке. Все хорошо.
Ты в порядке.
Итак, вы признаете, что лжете?
Я солгал насчет Райана Ларсона, но это не делает меня лжецом.
По определению врать - значит быть лжецом.
Если я могу объяснить...
Вопрос не в том, лжец ли вы, так как вы им являетесь.
Вопрос в том, солгали ли вы, когда сказали,
что он самоубийца, или лжете сейчас?
Или когда нарушили клятву церкви
не разглашать секреты вероисповедания?
- Я бы хотел объяснить. - Вы уже попробовали.
Можете попробовать снова с присяжными.
Будем надеяться, что среди них нет католиков.
Или людей, которым важна правда.
У Макбрайда сейчас правовые проблемы покрупнее, чем наше дело.
Почему ему до сих пор не предъявили обвинения?
Ты правда думаешь, что он кого-то убил? Брось.
Я знаю, что ты ненавидишь этого парня, но убийство?
Он других убивал.
Не напрямую, но своими действиями в качестве адвоката, выпустив убийц.
Для нас это прекрасная возможность.
Предъявят Макбрайду обвинения или нет, его это отвлечет.
Представляешь, под каким давлением он находится?
К тому же, это значит, что на Пэтти, или как ее там,
ляжет гораздо большее бремя, и это замечательно.
- Она никогда не разбирала дело. - Ты никогда не разбирала дело.
Я не училась в юридическом колледже "Ла Верне".
Вы только посмотрите. Столько уверенности.
Спасибо.
Итак, Макбрайд попросит отсрочку судебного дела -
будет непрофессионально этого не сделать - и нам нужно решительно возразить.
- Ты уверена? - Конечно.
Каждый день, пока тянется это дело,
"Борнс Тек" уязвимы к снижению стоимости акций,
а это делает уязвимыми США.
Позволить какому-то Билли Макбрайду
мешать крупной корпорации пустым и нелепым судебным процессом -
не просто неправильно, а угрожает всему, что важно для нашей...
страны.
Люси, тебе принести твое лекарство?
- Все в порядке. - Хорошо.
Видно, что у тебя все в порядке.
У меня все хорошо.
Клянусь.
У меня все хорошо.
Ротембург явно чувствует, что жадность руководит нашим обществом,
но систематична ли эта жадность? Или зависит от индивидуального выбора?
- Здравствуйте, чем могу помочь? - Я к Денизе Макбрайд.
- Дениза Макбрайд. - Дениза? А вы кто?
- Не беспокойтесь. Пошли. - Простите.
- Ничего. Иди.
- Простите. - Все хорошо.
- Кто я? Привет. - Что происходит?
Что у тебя с рукой? Папа в порядке?
- Авокадо. - Что-то случилось?
Что-то случилось? Почему ты здесь?
Нет. Отец в порядке. С ним все хорошо.
У него была небольшая паническая атака.
Паническая атака? Как сердечный приступ? Он в больнице?
Нет. Это как приступ тревоги.
Он в порядке. Он не поехал в больницу.
- Естественно, он отказался. - Это что-то типа тревоги.
- Он в порядке? - С ним все хорошо.
Прости, не хотела тебя пугать.
Боже, Пэтти.
Прости, послушай.
Я пришла сюда, потому что
ты единственный человек, который знает, как его контролировать.
И ему это сейчас не помешает.
Если ты можешь что-нибудь сделать... Я буду благодарна.
- Хорошо? - Почему ты это делаешь?
- О чем ты? - Дело. Зачем ты этим занимаешься?
Оно его сломило и, кажется, разрушает тебя.
Моя мама ведет себя как сумасшедшая.
При всем уважении, мне нет никакого дела до твоей матери.
- Хорошо. - Хорошо?
И никому за это не платят.
Поэтому я не знаю, какого черта мы это делаем.
Но каждому нужна причина проснуться утром,
и это, черт побери, очень хорошая причина.
У меня сегодня тяжелый день.
- Хорошо. - Итак,
ты поможешь?
- Конечно. - Великолепно.
Иди учись.
Ему отрезали язык и член.
- Полиция об этом не сказала? - Нет.
Его язык не нашли, а его член был у него во рту.
Боже. Что, черт побери, происходит?
Честно, мы не знаем.
Но очевидно, что кто-то очень зол и послал тебе сообщение,
и он был сообщением.
Но мы не знаем.
Вот.
"Данные 'Борнс Тек' о зарубежных продажах кассетных бомб".
Ты шутишь?
Мы спросили "Борнс Тек", и они сказали, что не производят их.
Мы также запросили личное дело Карла Штольца из армии.
Нужно связать его с "Борнс Тек"
и доказать, что они наняли его убить Рейчел Кеннеди.
У ФБР нет этих данных.
Вручи повестки госдепу, Пентагону или министерству обороны.
Поверь, я хочу раздать повестки всем, просто начинаю с тебя.
- Я сделал тебе одолжение, рассказав это. - Я понимаю.
Прости, что веду себя, как козел, но я делаю то, что обязывает долг.
Злить ФБР ради одного дела. Ты уверен, что хочешь этого?
Да. Вполне уверен.
- Как дела, дружище? Чем занят? - Рисую твой портрет.
Зачем ты это делаешь?
У тебя неплохое лицо.
Херня.
- Не начинай. - Нет, серьезно.
У тебя есть отличительные черты.
Для кого ты это делаешь? Серьезно.
Для практики. Просто так.
Это то, чем я занимаюсь.
Я сижу здесь и рисую прохожих.
Ты был здесь весь день?
Да, весь день.
- Ты рисуешь других людей тоже? - Да.
- Много кого. - Дай посмотреть.
Я не могу, так как я вообще-то им отдал картины.
Хочешь свой портрет?
- Ты мне его отдашь? - Конечно.
Держи.
Он твой. Мне не жалко.
Хорошо. Прости за это, чувак.
Никогда точно не знаешь.
Это не проблема.
- Наслаждайся. - Хорошо, дружище.
Я не заикалась уже больше шести недель.
Но ты заикнулась вчера и позавчера.
Только на одном слове.
Это было одно тупое маленькое слово, знаешь, что это было за слово?
Страна. Страна!
И знаешь, почему я запнулась на этом слове?
Потому что там присутствовала Келли,
всем известная с-с-сука.
Хорошо.
Больше тебе не придется говорить на суде.
Во-первых,
если бы я заикалась в суде, хотя этого и не будет,
то это бы помогло смягчить настрой присяжных,
это пошло бы на пользу нашему клиенту, кажущемуся бесчеловечным и чудовищным.
Ты отдал мне это дело, потому что я умная
и талантливая, и я проделала отличную работу.
Благодаря тебе.
Я это сделала.
Возможно, не так очевидно, но я заслуживаю, чтобы меня увидели!
Подорванная уверенность не идет на пользу ни клиенту, ни фирме.
Моя уверенность непоколебима.
Но не моя.
Пожалуйста.
Я готова.
Позволь мне это сделать, пожалуйста.
Ты все так же останешься ценным членом команды.
И дорогим другом.
Ты хочешь со мной порвать?
- До свидания. - До свидания.
Келли.
Я слышала, что ты снова в верхушке "Борнс Тек". Не удивлена.
Ты всегда в итоге добиваешься, чего хочешь.
Единственное, чего я хочу - это ты.
Поэтому я написала Денизе. Я хочу быть частью твоей жизни.
Во всем.
Твои методы непригодны.
Мне жаль, что ты так думаешь.
Ты травмировала мою дочь, а по ходу и меня.
У нас нет будущего.
Если ты никогда снова не поверишь тому, что я скажу, то поверь этому.
Эй!
Если тебе дорого то, что осталось от твоей семейки,
то пусть твой бывший лучше сразу сдастся,
потому что когда я с ним разделаюсь...
Тяжело уничтожать отцов,
не навредив их дочерям.
И иногда бывшим женам тоже.
Да пошла ты.
Наконец-то. Ты застрял на лестнице? Вперед.
Давай посмотрим отчет.
Файл под названием "Сведения Макбрайда".
- Да. - Нашел его?
Да, это он.
Ты все это сделала?
Впечатляет.
Надеюсь, моя дочь вырастет такой же способной.
Ты превосходный юрист, Люси, с великолепным будущим.
Но не все могут работать в суде.
Папа, это я.
Хорошо.
- Почему так долго? - Они готовили эту фигню.
Хорошо, я взяла тебе без лука.
Как ты любишь.
Папа, хотя бы откуси немного.
Сейчас.
Тебе стоит сходить к врачу.
Я же сказал, это просто паническая атака.
Уверена, что мама не против, что ты тут?
Вроде нет.
Ты спросила у нее?
- Нет. - Я так и думал.
Она очень занята в последнее время. Говорит по телефону чаще обычного.
Как дела у твоей мамы и тети Келли?
- Как они? - Отвратительно.
- Я не знаю. Я не спрашиваю. - Я тебя не виню.
Можем что-нибудь другое посмотреть?
Да. "Руди" или "Ровно в полдень"?
Ты уверен, что ты в порядке?
Да, все хорошо.
Ну, ты выглядишь неплохо, поэтому...
Хорошо. Спасибо.
И если на то пошло, я горжусь тобой.
Дорожно-транспортное происшествие на углу 4-ой и Хилл.
Черт.
Так и думала, что это ты.
- Как ты? Как дела? - Можно ваши права?
Послушай, ты же знаешь, кто я.
Дайте ваши права.
Хорошо.
Вот.
Бриттани Голд.
Выйдите из машины.
Прости меня за пленку.
Не волнуйся, Билли никому ее не покажет.
Особенно твоей жене.
Карл Штольц погиб. Ты знаешь, кто он такой, да?
Ты действительно думала,
что я позволю тебе, суке, подставить меня?
- Да, мне очень жаль, что мы... - Знаешь что?
Я бы мог сейчас тебя арестовать за все эти флаконы дерьма,
которые, я уверен, есть у тебя в сумке, гребаная сука.
- Цепочку внутрь или оставить снаружи? - Внутрь, пожалуйста.
Послушай, я не знаю, кто там сегодня будет.
- Хорошо? - Да.
Выложись сегодня на все 100.
- Хорошо? - Ладно.
Будь очень внимателен. Хорошо?
- Меньше ходи в туалет. - Да.
И научись завязывать галстук, ты уже взрослый мужчина.
Хорошо. Я так горжусь тобой, сестрица.
Что ты...
Что с тобой, блин, такое?
Черт побери!
Черт!
Извините за опоздание. Пробки.
Готов?
Черт побери!
Встать. Слушание началось.
Судья Ростон Келлер ведет судебный процесс.
Вот.
Райан Ларсон против "Борнс Текнолоджи".
Все стороны присутствуют, Ваша честь.
Садитесь.
Это предварительное судебное заседание.
Я смотрю на дело и вижу совсем небольшой прогресс.
Мне это не нравится.
Ваша честь, мы проводим дачу показаний и допрашиваем свидетелей.
Нет, они проводят дачу показаний.
Фактически, как это вижу я,
вы почти ничего не сделали с нашей последней встречи,
разве что пришли ко мне домой без приглашения.
Ваша честь, просмотр документации,
которую они нам дали, займет пару лет.
Я также сейчас еще разбираюсь с полицией.
Это не моя проблема. Я занимаюсь данным делом.
У вас нет двух лет, чтобы расследовать это дело.
Я этого и не прошу, Ваша честь.
Послушайте, это дело либо продвигается, либо закрывается.
Пришло время работать или закрыть дело, адвокат.
Что вы выбираете?
Вы меня слышали, сэр?
Да, я слышал вас, сэр. "Работать или закрыть дело".
Истец выбирает "работать".
Прошу прощения?
Мы готовы к суду.
Что ты делаешь?
Мы не готовы к суду, Ваша честь.
Почему? У вас около миллиона юристов, которые работают над этим делом.
Я говорю, что мы готовы к суду.
Вы играете в очень опасную игру, м-р Макбрайд.
Вы не провели представление доказательств, не утвердили список свидетелей.
Я представляю, что они скажут.
Я правильно понимаю?
Вы готовы перейти к суду? Сейчас? Сегодня?
Да, сэр, все верно.
- Мисс Сенет? - Это смешно.
Он сказал, что готов, и суд полагается его на слово.
Это какой-то трюк.
Ваша честь, он ссылается на преступную неосторожность,
что требует больше информации по обязанности соблюдать осторожность.
- Это займет время. - Забудем о неосторожности.
Подаем иск о противоправном деянии и мошенничестве.
Простите?
Вы отменяете иск о преступной небрежности против "Борнс Тек"?
- Все верно. - Это ваша сильнейшая стратегия.
Вы ведете себя непрофессионально.
Вместо того, чтобы подавать иск о невинной ошибке,
мы подадим иск о заговоре.
Вы хотите отказаться от иска о халатности?
Я только что его отменил.
Они говорят, он покончил с собой, а мы говорим - нет.
Мы заявляем, что в "Борнс Тек" он работал над незаконным оружием, которое его убило.
Все очень просто.
Ваша честь, можно мне...
- Пожалуйста. - ...поговорить с моими коллегами.
- Идеи? - Нет.
- Мне это не нравится. Нет. - О чем ты говоришь?
Нет следов преднамеренных действий или сокрытия преступления.
Если будет иск о противоправных деяниях или мошенничестве, мы выиграем.
Адвокат?
Ваша честь, мы готовы к суду.
Что ж, интересная ситуация.
Начнем проверку присяжных заседателей.
Выберем себе присяжных заседателей.
Я не понимаю, почему ты меня не предупреждаешь.
Ты меня не слушала.
Я был не уверен, что сделаю это, когда мы туда зашли.
- Мне нужно было узнать, готовы ли они. - Мы не готовы!
- Они тоже.
Если бы они были готовы, то привели бы всех с собой
и принесли видеоаппаратуру и документы.
Кучу всякой фигни.
Так ты не думаешь, что мы поторопились?
У нас нет выбора. Меня могут арестовать в любой момент.
- Перестань. - Или убить.
Боже. Время явно не на нашей стороне.
Завтра?
Партнеры не рады, Дональд.
Я бы не называла это протестом, но недовольство точно есть.
В особенности иском против "Борнс Тек". И твоими отношениями с Люси.
Они закончились.
И сомнения партнеров улетучатся.
Ну,
если мы выиграем дело "Борнс", то может быть.
А если нет?
Они меня заменят?
Хотел бы познакомиться с тем, который им приглянулся.
Или с той.
Пожалуйста, послушай, Дональд. Люди обеспокоены.
Ты был тверд как скала. Стабилен, разумен. Это дело породило хаос.
Ты похож на Билли больше, чем думаешь.
Вам обоим нужен тот, с кем можно бороться, ненавидеть и уничтожать.
Вы не можете просто жить.
Я любил Билли.
Правда.
Когда-то.
Мы были неплохой командой.
Ты его терпеть не мог, Дональд.
В конечном счете - да, но в начале я его любил.
- Пока не перестал. - Верно.
Потому что он был слаб. Потому что он пил.
Потому что он никогда особо ни за что не сражался.
Это именно то, что ты делаешь.
Люди падают, и ты просто позволяешь им падать дальше.
Перестань.
Ты поможешь Люси? Я знаю, что ты о ней заботишься.
Она, может быть, единственное, что принесет тебе счастье.
Она принесла мне счастье.
Но она была слаба.
Напоминаю, что вступительная речь - не для аргументации.
Это план, благодаря которому
присяжные узнают, какие доказательства будут им представлены.
У истца есть бремя доказательства, он открывает вступительную речь.
Классно.
Давайте начнем.
Как у вас дела?
Простите, у меня случилась небольшая проблема на кухне.
Я пыталась достать косточку из авокадо.
Я ударила вместо того, чтобы нарезать.
Отрезала половину обручального кольца.
Мне наложили четыре шва.
Понимаю. Я здесь.
Я здесь, вы здесь, начнем.
Меня зовут Пэтти Солис-Папейджан, я представляю интересы Джейсона Ларсона.
Два года назад Райан Ларсон, отец Джейсона,
работник "Борнс Тек", подорвался на судне, принадлежащем стороне защиты.
Что он делал на судне?
Он выбрасывал взрывчатые вещества в океан.
Незаконно.
Что это были за взрывчатые вещества?
Это были части незаконного оружия, разработанного в "Борнс Тек".
У нас есть видео взрыва.
У нас есть не только видео,
но и чертежи, и модель оружия.
Мы нашли их закопанными на его заднем дворе.
Он закопал их на заднем дворе.
В конечном счете, "Борнс Тек" - не очень добросовестная компания.
Они не очень добросовестные, потому что занимаются рискованными делами
с опасными материалами, и им все равно, как это затронет людей.
Им безразлично.
И это постоянно происходит с крупными компаниями.
- Давайте подумаем. - Ваша честь?
Кто помнит "Форд" с их "Пинто"?
"Биг Тобакко", НФЛ с...
Эти дела никак не связаны с этим.
Присяжные отклонят.
Пожалуйста, отклоните.
Пожалуйста, отклоните, ведь именно так они поступают с такими, как мы.
Нас отклоняют.
Потом что если вы не приносите им денег, не кладете наличку
- в их карманы... - Протестую!
- ...вы не имеете для них ценности. - Мисс Папейджан. Поддержано.
Еще раз, и вы закончили.
Что ж, я закончила. Дело в том, что
они скажут вам, что Райан Ларсон думал о самоубийстве.
Полная ложь.
Райан Ларсон точно не думал о самоубийстве.
Спасибо за ваше время.
Черт.
Здравствуйте.
Было интересно, очень пылко.
Доказательства покажут, что Райан Ларсон написал предсмертную записку.
Бизнес "Борнс Тек" связан с защитой Америки от террористов.
Это то, чем мы занимаемся.
Позвольте представить вам Леонарда Леттса, моего коллегу,
и Люси Киттридж.
Брат Люси погиб в военном конфликте.
Он служил заграницей и отдал свою жизнь под вражеским огнем,
защищая эту страну и законы, которыми мы дорожим.
- Брат Люси... - Протестую.
...не был военным спекулянтом.
Он был патриотом.
Также, как и "Борнс Тек".
Послушайте, мы знаем,
что богатые люди иногда
становятся жертвой вымогателей.
Это случается.
Но эти люди использует ради этого ребенка,
ребенка жертвы самоубийства.
Когда это закончится?
Я надеюсь, что это закончится по завершению этого дела.
Ты больше не нужна.
Райан никогда не рассказывал, над чем он работал.
Но я знала, что это угнетало его.
Он нервничал.
Он когда-нибудь говорил о самоубийстве?
Нет.
Никогда.
После его смерти
"Борнс Тек" сказали, что это самоубийство, и я им поверила.
Почему вы им поверили?
Шок. Гнев. Мысли были спутаны.
Было легче хоть как-то обвинить Райана, и я жалею об этом.
Верно. Вы не могли рассуждать ясно.
Но достаточно ясно, чтобы отхватить у "Борнс Тек" огромную сумму денег.
Мне нужно было думать о сыне.
Вы сказали нам, что Райан был несчастен и нервничал.
- На работе. - А дома - нет?
Дома было все хорошо между вами?
Да. Весьма.
Был ли он несчастен или переживал из-за чего-то между вами?
Нет.
Это последний шанс сказать правду.
Я ему изменила.
И что он чувствовал? Грусть, возможно?
Они такие влиятельные, потому что у них есть возможности.
У них есть следователи и хренова куча денег.
Там двести или триста паршивцев,
которые могут провести поиск в Интернете или изучить все, что угодно.
Огромная оперативная работа.
У них на всех есть компромат.
- Ну... - Простите за опоздание.
Ты вообще знал, что я опоздал?
Я начал судебный процесс.
- Прости. - Я знаю. Я был там недолго.
У вас дела идут не очень хорошо.
Я не знаю, откуда это взялось и что это значит.
Поэтому не спрашивай.
И это последнее одолжение, которое я тебе делаю.
Привет. Как дела?
- Нет. - Что случилось с рукой?
- Пожалуйста, уйди. - Нет?
- Хорошо. - Хорошо.
Что?
У нас тоже паршивцы встречаются.
Прекрасно.
Вот личное дело Штольца из морской пехоты.
Подрядчики министерства обороны нанимают бывших военных.
Таким способом мы сможем связать его с "Борнс Тек".
Да, но ни в одном документе "Борнс Тек" не говорилось о Штольце.
Ну, мы еще не все их просмотрели.
К тому же, этого там не будет. Они никогда не признают, что он один из них.
Что это?
Это часть кассетной бомбы "Борнс Тек",
которая уничтожила всех этих людей, которых вы видели на фото.
Всех женщин, детей, гражданское население.
- Хорошо. - Мы это конфискуем.
Я был уверен, что вы это сделаете.
Наш свидетель, который является их бывшим сотрудником,
освидетельствует, что это завершенная модель,
которую мы нашли закопанной на заднем дворе Райана.
Они утверждают,
что не выпускают кассетные бомбы, но это подтверждает, что они лгут.
Мисс Сенат?
Очевидно, что эти фото не имеют отношения к делу.
Нет никакой маркировки, чтобы распознать изделие "Борнс Тек".
Нет причин думать, что наш клиент
занимался производством или продажей этого.
Наш свидетель даст показания о том, что это было сделано по чертежам "Борнс Тек"
и модели "Борнс Тек".
Этот суд полон сюрпризов, Ваша честь.
Мы не знаем, что это
или откуда это взялось, реально ли это вообще, мы не знаем...
Вы уверены, что вам это незнакомо, Леонард?
Доказательная сила существенно перевешена
предвзятым влиянием на присяжных, и у нас не было времени рассмотреть их.
- Фото отклонены. - Бросьте.
- Почему? - Вы шутите?
У них нет обоснованности, и это чересчур предвзято.
Фото отклонены.
Судья, вы мне позволите провести это дело или нет?
М-р Макбрайд.
М-р Макбрайд, позовите вашего следующего свидетеля или заканчивайте.
Основываясь на ваших профессиональных знаниях и опыте,
как вы думаете, что случилось с Райаном Ларсоном?
Судя по размерам взрыва, снятого на видео рыбаками,
он был спровоцирован огромным количеством топлива на основе напалма.
И еще кое-чем.
- Боеприпасами. - Что вы имеете в виду?
Вы имеете в виду бомбы?
Нам не нравится использовать термин "бомбы", но да, это были бомбы.
Райан Ларсон разрабатывал кассетные бомбы?
Официально?
Никто не разрабатывал кассетные бомбы в "Борнс Тек".
Официально мы их не выпускали.
Это запрещенные, неуправляемые устройства,
которые убили слишком много женщин и детей.
Ранее Джина Ларсон освидетельствовала,
что это было закопано на ее заднем дворе.
- Вы можете сказать, что это? - Ну, вот это
модель запрещенного оружия, использующего незаконное топливо и кассетные бомбы,
которые разработали в "Борнс Тек".
Хорошо.
И с этой моделью мы нашли эти штуки. Можете сказать, что это?
Да, это чертежи,
по-видимому, системы кассетной бомбы.
Спасибо. Вопросов больше нет.
Спасибо.
М-р Берринг, вас уволили из "Борнс Тек"
из-за проблем с психикой, связанных с галлюцинациями,
- в том числе слуховыми. - Хорошо, это...
Да, среди всего прочего.
Включая гнев. Гнев - главная проблема для вас, да?
Вы отомстили своей бывшей девушке
за расставание тем, что поместили видео, где вы с ней занимаетесь сексом,
в интернете без ее разрешения.
- Это правда? - Да. Все верно.
Но мне очень стыдно.
Итак, вы злитесь и пытаетесь отомстить. Вот что вы делаете.
Вы поступили так с любимой женщиной,
а теперь делаете это с уволившей вас компанией.
- Это не вопрос. - Нет, вот вопрос.
Да или нет?
Модель и чертежи, о которых вы говорили,
были с названием "Борнс Тек" или какой-то идентифицирующей маркировкой?
Насколько мне известно, нет.
Их мог изготовить кто угодно.
Из того, что нам известно, это могли быть дизайны Райана Ларсона.
Да,
но это было бы невозможно.
Да, я так думаю.
Вопросов больше нет.
Привет.
Я проходила мимо твоего офиса, увидела, что твои вещи еще там,
поэтому я решила прийти сюда.
Довольно умно с моей стороны.
Вот.
Не страшно иногда делать что-то запретное.
Большую часть времени.
Какое сейчас поколение феминизма?
Пятая волна? Или шестая? Я не... Я сбилась со счета.
Я знаю, что все еще
очень тяжело.
Нужна твердость характера. Решительность.
Когда я смотрю на тебя, Люси, я вижу, что ты очень умная.
И как много ты работаешь.
Я вижу, как сильно ты этого хочешь.
Но у тебя нет того, что нужно.
У тебя не получается. И никогда не получится.
Он послал меня сказать тебе, что ты уволена.
Не совсем уволена. Если спросят, скажем, что ушла по собственному желанию.
Мы желаем тебе всего хорошего.
- Почему ты так меня ненавидишь? - Я не ненавижу тебя, Люси.
Завтра я даже не вспомню о том, что ты тут была.
Была два крупных взрыва.
Это второй.
Можно увидеть огонь, горящий пластик падает.
Затем поднялась волна.
Волна, которая потопила ваше судно?
Да.
Что произошло после нашего первого разговора?
К нам пришел этот парень по имени Карл Штольц.
- И он сказал, что был груз... - Протестую!
- Слухи. - Поддержано.
Присяжные отклонят.
Почему ты так одет, Габриэль?
После того, как мы впервые поговорили с вами о судне,
этот парень, Штольц, появился и подставил нас с наркосделкой.
- Ваша честь! - Он нас подставил.
Зачем ему это делать?
- Протестую! Это предположение. - Поддержано.
М-р Макбрайд, у вас еще есть вопросы к свидетелю?
Да, сэр, у меня еще много вопросов
о Карле Штольце, но вы не позволите мне их задать.
Вопросы на эту тему прекращаются.
Пожалуйста, продолжайте, сэр.
Габриэль.
Ваша честь, я немного забуксовал.
Мисс Сенет?
Вы понятия не имеете, из-за чего взорвалось судно,
так ведь, м-р Маркес?
Не особо.
Спасибо.
Офицер, м-р Маркес закончил.
М-р Макбрайд, позовите следующего свидетеля.
М-р Макбрайд?
М-р Макбрайд!
Я...
У вас еще есть свидетели?
Да, Ваша честь.
Истец хотел бы вызвать Уэнделла Кори.
Его нет в списке свидетелей. Его вообще здесь нет.
Ему не нужно быть в списке. Он участник дела.
У м-ра Кори нет сведений о том, что произошло на судне...
Отлично, тогда позвольте ему дать об этом показания.
Ваша честь, это неожиданно и несправедливо.
У нас есть право позвать его.
Если вы не согласны, то я подам срочную апелляцию,
и это растянется надолго.
Мы можем говорить весь день, если хотите...
Хорошо.
Вызовите сюда м-ра Кори.
Ваша честь.
Мы просим дополнительное время,
чтобы подать ходатайство для пресечения этого показания.
Я с уважением отклоняю вашу просьбу. Вызовите сюда м-ра Кори сейчас же!
Теперь я должен лезть в пекло?
- Он ничего не знает. - Серьезно? Ты уверен, Дональд?
- Да. - А если он что-то знает?
Знаешь, что я предлагаю?
Я предлагаю дать этим ублюдкам $10 миллионов и покончить с этим сейчас.
Не глупи, Уэнделл. Бог знает, что ты способен на это.
Хватит твоей нерешительности. После того, что я для тебя сделал.
- Дональд. - После всего, что ты для меня сделал?
Ты снисходительный мудак.
Как насчет того, что мы за все эти годы заплатили тебе около миллиарда долларов?
Когда ты незаконно протестировал и разработал устройства,
чтобы получить преимущество на рынке,
я защитил тебя от явных массовых нарушений
федеральных правил и нормативно-правовых актов!
Знаешь что? Что бы ты там ни сделал, тебе за это заплатили, не так ли?
Мы совершили ошибки.
Но я скажу, чего мы не делали. Мы никого не убивали.
Как насчет тебя, Дональд? Ты убил кого-нибудь?
Нет.
- Не искушай меня, гребаный козел. - Хватит!
Уэнделл. Пойдем.
Знаешь что? Ты спятил, Дональд, мать твою.
Я засуну этот хлыст тебе в задницу. Как насчет этого?
Пошел ты, Дональд! Я знаю, что ты за человек. Помни это!
Я знаю, что ты за человек!
- Привет. - Привет.
- Я забыла свою зарядку. - Хорошо.
И я кое-что тебе принесла.
- Серьезно? - Да.
- Для меня? - Для тебя.
Барабанная дробь.
Здорово.
С настоящим тростниковым сахаром. Твой любимый.
Да, это реальная штука.
Она согрелась, но все еще вкусная.
Ничего. Я поставлю ненадолго в холодильник.
- Спасибо. - Ага.
Итак, думаю, сегодня все прошло неплохо.
- Правда? - Ага.
Чем-нибудь могу помочь?
- Пристрели меня. - Да брось ты.
Ты в порядке?
Я уже даже не знаю.
У тебя хорошо получается, Билли.
Все будет отлично.
Если я тебе не нужна, то я пошла на свидание.
До завтра, ладно?
Хорошо.
Удачи, малыш.
Спасибо.
Я думал, ты забыла зарядку.
Да.
Я такая идиотка. Это был длинный день.
- Я знаю. - Боже.
Я тебя понимаю.
- Доброе утро. - Доброе утро, м-р Кори.
Можно просто "Уэнделл".
Насколько я понимаю, вы зарабатываете много денег, убивая людей.
Мы подрядчики министерства обороны.
Мы нанимаем американцев разрабатывать устройства для защиты страны.
Вы также продаете эти устройства в Россию, Китай,
Саудовскую Аравию, Йемен и так далее, если вас устраивает цена.
Правительство США разрешило эти продажи.
Часть из этих стран являются нашими союзниками в борьбе с терроризмом.
Часть денег, которые вы заработали, получены за продажу напалма, да?
Напалм не является запрещенным оружием.
Если не используется против гражданских.
Мы не использовали его против гражданских.
Вы продали его многим странам, где его используют против них.
Протестую.
- Это публичная информация. - Можно?
- Моя тетя могла ее найти. - Была еще одна встреча партнеров.
- Поддержано. - Поддержано?
Мы только что говорили об этом две минуты назад.
Эти страны не имеют отношения к этому делу, м-р Макбрайд.
- Я пытался что-то сказать... - Протест поддержан.
Запрещен он или нет, но вы согласны, что незаконно
испытывать напалм на побережье Санта-Моники?
Мы этим не занимаемся.
Но вы делали это в прошлом?
Знаете что? Много военных подрядчиков
испытывали разные токсичные вещества в прошлом.
Сейчас мы этого не делаем.
Вы создаете кассетные бомбы?
У нас нет на это сертификации. Нет.
Другими словами, если вас поймают за их изготовлением или испытанием,
тогда вас оштрафуют или посадят, или все сразу.
Протестую. Косвенно.
Знаете что? Я уже вам говорил. Мы никогда их не испытывали и не производили.
Тогда почему Райан Ларсон закопал модель кассетной бомбы
- в своем дворе? - Протестую, Ваша честь.
Нет обоснования.
Поддержано.
М-р Кори, правила о том,
какое топливо и оружие может быть изготовлено и испытано,
отменяются в военное время, да?
Наша армия получает необходимое оружие, чтобы сражаться с врагами?
Не все, нет. Многие из них.
Конгресс может выпустить так называемый "акт военного времени"
и дать нам возможность изготовить то, что нужно,
без каких-либо правовых последствий.
Гипотетически, вы можете получить разрешение испытать напалм в океане
или изготовить кассетные бомбы, несмотря на то, что это незаконно?
Гипотетически, полагаю, можем. Да.
Кто бы просил такое разрешение?
- Вы и кто еще? - Наши юристы.
Итак, м-р Леттс здесь. М-р Леонард Леттс?
Вообще-то нет, не м-р Леттс.
Он ваш главный юрисконсульт. Если не он, то кто?
Дональд Куперман.
- Дональд Куперман? - Да.
Итак, если вам нужно разрешение
испытать напалм или изготовить кассетную бомбу,
у кого вы спросите?
У Дональда Купермана.
Он когда-нибудь позволял Райану Ларсону или еще кому-нибудь в "Борнс Тек"
смоделировать или произвести кассетную бомбу?
- Понятия не имею. - Кто может знать?
Дональд Куперман.
Человек по имени Карл Штольц
когда-нибудь работал в "Борнс Тек" или в его филиалах?
Нет. Я не припоминаю.
Так что? Нет или вы не помните?
Знаете что? Много кто работает в "Борнс Тек".
Тысячи. Я не могу всех запомнить.
Я не припоминаю это имя.
Узнаете этого человека?
Нет.
Вы не смотрите на него, сэр. Откуда вы знаете?
Конечно смотрю.
Думаете, возможно, что он был бывшим морским пехотинцем,
который работал в вашем филиале в Дубае?
Сотрудник под номером 32823?
Управлял там охраной
и вернулся в США, чтобы работать на вас здесь?
Понятия не имею.
- Кто точно знает? - Главный консультант по персоналу.
Дональд Куперман.
И снова Дональд Куперман.
М-р Макбрайд, у вас еще есть вопросы к свидетелю?
Нет, Ваша честь. Простите, но думаю, он все сказал.
У нас остался последний свидетель.
Мы хотим вызвать Дональда Купермана.
Черт.
Боже.
Билли не может заставить тебя дать показания,
привилегия адвоката-клиента полностью препятствует этому.
Келли, должно быть, показала ему как,
а Уэнделл открыл путь.
К чему?
Он заявляет, что я посоветовал ему нарушить закон.
- Ты правда посоветовал? - Нет.
Черт. Это неважно. Неважно.
Они не могут заставить тебя дать показания.
Заставить? Попробуй остановить меня.
Я против Билли. Раз и навсегда.
- Кто там? - Это Келли.
Привет, Билли.
Привет, как дела?
Не мешаю?
Нет, я играл тут в карты сам с собой.
Ничего интересного.
Что ж, ты не пригласишь меня зайти?
Конечно заходи.
Так это тот самый печально известный "Оушн Лодж"?
Да уж, "печально известный", лучше и не скажешь.
- Садись. - Нет, я ненадолго.
Я пришла передать тебе это. Решила сделать это лично.
Профессиональная вежливость.
Это же не сибирская язва, да?
Это список наших свидетелей.
Удачи, Билли.
Тебе тоже.